Основная сцена Продолжительность: 2 часа 50 минут c 1 антрактом Автор: Мольер Режиссер: Сильвиу Пуркарете Сценография, костюмы, свет: Драгош Бухаджиар Музыка: Василе Ширли Хореограф: Виктория Куль Премьера: 12 сентября 2016 года
«Мнимый больной» — пьеса, в которой лихо закрученный сюжет щедро приправлен интермедиями, рассчитанными на актёрскую импровизацию. Пространство для игры воображения и яркая комедийность позволили «Мнимому больному» Мольера, шагнув через века, покорить современных зрителей.
В самой первой постановке этой пьесы — в 1673 году в Париже — роль Аргана исполнял сам автор. Премьеру играли в театре в восточном крыле дворца Пале-Рояль (изначально этот дворец был построен для кардинала Ришелье). Наш спектакль — это отчасти «пьеса в пьесе». Конечно, мы не будем раскрывать интригу, но история о придворном комедианте Короля-Солнце может оказаться весьма любопытной.
В Вахтанговском театре «Мнимого больного» по приглашению художественного руководителя Римаса Туминаса поставил известный деятель европейского театра Сильвиу Пуркарете.
«Режиссёр предложил нам очень тонкий европейский театр. Это лёгкость, о которой нам говорил Сильвиу, простота подачи материала в стиле французского автора. И не комедия положений, не Островский, не Гоголь и не Салтыков-Щедрин — это г-н Мольер, который предполагает акварельность, а не жирные масляные краски. Есть пьесы, для которых достаточно улыбки. И вот театральный парадокс: когда мы всерьёз, не комикуя, начинаем разыгрывать эту историю, хохот в зале стоит удивительный. Содержательный!»
Сергей Маковецкий
Исполнитель роли Аргана, мнимого больного
Рецензии в СМИ
«Давно я на наших подмостках не видела и не чувствовала театра в его главном смысле, где все легко и театрально, с трюками, иронией, балансирующей между фарсом, комедией дель арте и психологической драмой и театром абсурда. Публика хохочет, хотя это явно не комедия положений.»
«Маковецкий играет, как и всегда, радостно, взахлеб. Его Аргон — капризный мальчишка, он с удовольствием играет в свою собственную игру и с рвением — в чужие. Но, выходя за границы комедии, Маковецкий снимает „маску“ и остается в монументальном „портрете“ то ли короля, то ли лицедея на пороге конца.»